• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Дилемма

Беларусь переживает европейский ренессанс. Визит главы белорусского государства в Италию и Ватикан, встреча А. Лукашенко с Папой Римским воспринимаются в белорусском политическом классе восторженно.

Мы эту проблему решили в узком кругу ограниченных людей. (Александр Лукашенко)

 Беларусь переживает европейский ренессанс. Визит главы белорусского государства в Италию и Ватикан, встреча А. Лукашенко с Папой Римским воспринимаются в белорусском политическом классе восторженно.

С одной стороны в республике появилась уверенность - Минск включается в европейскую политическую жизнь, что часть оппонентов режима считает залогом демократических трансформаций и гарантией от «аншлюса» Россией. С другой стороны, правящие круги не без оснований полагают, что А. Лукашенко и его режим получили в Ватикане индульгенцию. В итоге, довольны все …

Действительно, визит А. Лукашенко в Ватикан, по сути, является официальной легитимизацией Западом белорусского президента. Риторика ЕС и США первой половины 2000-х гг. о непризнании итогов не только президентских выборов 2006 г., т.е. фактически третьего президентского срока, но и предшествующих ему референдумов (прежде всего, 2004г. и 1996 г.) завершилась полной капитуляцией. Попутно А. Лукашенко вырвал у Запада признание своих претензий на четвертый президентский срок. Это почти победа.

Обращает внимание белорусское политическое обрамление визита в Италию («Я не склонен считать этот визит каким-то прорывом в каком-то направлении. В данном случае мы не мыслим какими-то военными категориями. Мы осуществляем то, что запланировали давно» А. Лукашенко). Если в отношении встречи в Ватикане белорусские государственные СМИ не жалели восторженных эпитетов, то касаясь встречи с руководством Итальянской республики (премьер – министр С. Берлускони), Минск постарался создать впечатление обыденности и привычности при минимальном пиаровском контексте, что должно, по идее, создать впечатление о включении Беларуси, а с ней и А. Лукашенко в европейское политическое поле, Видимо у белорусского общества, по мнению АП РБ, должна появиться уверенность, что надвигающиеся рабочие и государственные визиты А.Лукашенко в страны Европы и Северной Америки вполне естественны и должны свидетельствовать, как о само собой разумеющемся, росте политического влияния, как республики, так и ее президента.

Белорусскому президенту сейчас ничего не мешает канализировать внешнеполитический успех на европейском направлении на внутреннее политическое поле. . В современных условиях трудно представить себе негативную реакцию Брюсселя на очередную инаугурацию вечно первого белорусского президента. Реакция оппозиции будет микширована агентурой А. Лукашенко в рядах оппонентов режима. Если абстрагироваться от пока непрозрачной реакции Москвы и Вашингтона на четвертый срок А. Лукашенко, то фактически ничего не мешает белорусскому президенту вновь утвердить себя в роли главы белорусского государства на следующие после 2011 г. пять лет

Остается не проясненным главный вопрос: поедет ли А. Лукашенко в Прагу и столь ли критично для него, Беларуси и самой программы «Восточное партнерство» его присутствие/отсутствие на саммите?

Стоит напомнить, что программа «Восточного партнерства» инициировалась Варшавой и частично Стокгольмом исключительно под Минск. С остальными будущими участниками программы (Украина, Грузия, Молдавия, Азербайджан, Армения) у ЕС нет особых проблем. Украина, Грузия, Молдавия давно находятся в сфере европейского политического и экономического влияния. Проблема армяно – турецкого и армяно – азербайджанского противостояния подвержена коррекции, во всяком случае между Анкарой и Ереваном. Роль «слабого звена» уготована Минску.

Кроме того, не стоит забывать, что в Республике Беларусь существует классический авторитарный режим и только реальная подпись лидера этого режима под учредительными документами «Восточного партнерства» представляет из себя свидетельство политической воли белорусского государства. Ведь участие республики в европейской программе «Восточное партнерство» не обсуждалось в белорусском парламенте, в его стенах не проводились дебаты, не разворачивалась дискуссия, не проводилось голосование депутатов. Так что в перспективе от подписи того же В. Семашко или С. Мартынова высшее белорусское руководство вполне может отказаться.

С другой стороны, не выпуская из поля нашего внимания белорусский парламент, стоит отметить, что до сих пор неясна договорная база «Восточного партнерства». Если необходимость соглашение об участии республики в данной программе подвергать ратификационным процедурам в стенах парламента? Это тем более интересно на фоне, как было заявлено Андрейченко и Лукашенко, наличия в парламенте «различных мнений» о признании Абхазии и Южной Осетии. Будут ли у белорусских депутатов аналогичный разброс мнений об участии республики в «Восточном партнерстве»? Пройдут ли они этот тест? Если их спросят… Ведь ни для кого не является секретом высочайшая выучка белорусских парламентариев, которые без команды из АП РБ даже в буфет выйти не могут.

Безусловно, если соглашение об участии Республики Беларусь будет хотя бы парафировано А. Лукашенко, вопрос считался бы решенным как в Брюсселе, так и в Минске. Но с другой стороны, участие в саммите других, кроме А.Лукашенко, белорусских должностных лиц снизило бы статус мероприятия для Беларуси на два порядка, что в свою очередь открыло бы перед официальным Минском определенные возможности для маневра на восточном направлении. Это для белорусского руководства имеет принципиальнее значение.

Так что перед нами дилемма, которую белорусскому руководству необходимо решить в ближайшие часы. Проблема не в том, что на саммите уже появились согласованные списки участников и приглашенных. Все эти документы можно почти мгновенно поменять. Проблема в экономическом выживании республики. Белорусское руководство не в силах обеспечить выход из кризиса белорусской экономики без финансово – ресурсной поддержки России и российского рынка. Так что вопрос не в том, что часть лидеров ЕС не желает «протянуть руку» А. Лукашенко. Эти же лидеры протягивали руки еще не таким «демократичным» «отцам» и «полководцам»! «Кокетство» А. Лукашенко, требующего от ЕС «уважения», завязано исключительно на реакции Москвы.

А. Лукашенко будет оглядываться на Москву до последнего момента, вплоть до саммита, тщательно просеивать всю информацию, что ему предоставляют спецслужбы и аналитические структуры о настроениях в среде российского руководства, пытаться спрогнозировать реакцию Д. Медведева и В. Путина на вступление республики в «Восточное партнерство».

То что, реакция России будет, в Минске, судя по контексту местных околополитических суждений, не сомневаются. Безусловно, для белорусского руководства была бы желательно политическая публичная реакция Москвы, которую можно было бы «проконвертировать» на Западе в свидетельство принесения Республикой Беларусь « жертвы», в одночасье став по примеру Эстонии, Латвии и Литвы «прифронтовым» государством, «передовым дозором» на восточных рубежах ЕС…

Но это плохая и краткосрочная игра. В Прибалтике, где эту тему эксплуатируют второе десятилетие, солидная часть политической элиты, получив в свое время в качестве ответа БТС, уже убедились в ее политической бесперспективности. Кроме того, сама Беларусь в годы крайнего охлаждения отношений между Минском и Западом не раз изображала себя перед Москвой «жертвой» российско – белорусской «дружбы» и мишень для Запада, что впрочем не спало ее от БТС – 2…

Экономическая реакция Москвы на вступление Республики Беларусь в «Восточное партнерство» является для Минска абсолютно неприемлемой. Фактически, для Беларуси это означает катастрофу. Надежды белорусского руководства, что с помощью ЕС удастся прошантажировать Москву и заставить ее пойти на экономические уступки (как вариант, зафиксировать нынешний формат и объем российской экономической помощи) или клонировать в российско – белорусских отношениях новый вариант российско – украинского торга с европейским акцентом, неоправданны. Во-первых, Беларусь все-таки не Украина и ее роль в российских внешнеполитических приоритетах на два десятка мест ниже Киева. Во-вторых, ЕС для Москвы все-таки не Вашингтон. ЕС для Москвы – экономический партнер первой величины, но не равноправный партнер на внешнеполитической арене, что проявилось во время югоосетинского конфликта августа 2008 г. Как бы не старался Н. Саркози выступить в роли миротворца. Москва использовала президента Франции, председательствующего в то время в ЕС, в качестве посредника, но могла и не использовать и занять Тбилиси. В те дни этому не мог противодействовать никто. Как впрочем и сейчас…

Между прочим, никто и ничто не мешало в те дни А. Лукашенко, оказав политическую поддержку своему партнеру по строительству Союзного Государства, выступить посредником между Москвой и Тбилиси, чем заработать огромный международный политический капитал.

Сейчас, в начале мая 2009 г. во внешнеполитической сфере Беларуси появилась определенная интрига… И заключается она в том, как Минску «пройти по лезвию ножа» - оставить Россию в роли безусловного и неограниченного в своей щедрости спонсора для белорусской экономики и одновременно войти полноправным участником в европейский проект? Как получить весь европейский антураж, но при этом платить за импортную энергетику так, словно республика сама добывает газ и нефть, буквально копнув землю в центре Минска?

Белорусские власти пытаются подстраховаться, изобретая новую геополитическую реальность и роль республики в ней. В частности, белорусская правящая элита считает, что республика, войдя в европейский политический контекст, оказалась в более выигрышном геополитическом положении, чем Россия. В «ближнем кругу» А. Лукашенко уверены, что Россия после российско – грузинской войны августа 2008 года вступила в стадию геополитической изоляции. В этом случае вхождение Минска в европейскую программу «Восточное партнерство» правящими кругами РБ воспринимается, как «окно возможностей» по позиционированию Белоруссии в качестве посредника между Востоком и Западом. Эта, безусловно, интересная теория, много говорящая об уровне мышления некоторых известных представителей белорусской школы политического анализа, однако не может предоставить удовлетворительное решение простой, но только на первый взгляд, проблемы - как быть с Прагой?

Между тем, Прага как раз и является для белорусской правящей элиты тем самым тестом, четко демонстрирующим способность белорусского руководства выработать новое позиционирование Минска на перекраиваемой геополитической карте Восточной Европы.

Если в Праге окажется А. Лукашенко, то вопрос об участии РБ в «Восточном партнерстве» в удобном для Минска формате можно считать решенным, белорусский президент вливается в политическую жизнь Европы и даже проявляет с ней солидарность в отношении традиционного европейского третирования Москвы. Безусловно, личное присутствие А. Лукашенко в Праге исключительно важно для перспектив всей его политики диалога с Европой.

Но… Если в Праге окажется А. Лукашенко, то реакция российского руководства будет автоматической и, скорее всего, в самом неблагоприятном для Минска формате – экономическом. Это неизбежно не потому, что Москва так вдруг мгновенно отвернется от А. Лукашенко, а потому, что Кремлю придется выполнять волю российского политического класса, мощных элитных групп, которые «долго запрягают», но «быстро ездят», особенно если необходимо «замочить предателя». В результате А. Лукашенко разделит судьбу В.Ющенко и М. Саакашвили, которые для российского общества стали символами политической неадекватности и с которыми переговоры невозможны в принципе. Для А. Лукашенко этот поворот будет означать переворот - белорусский политический класс очень быстро найдет ему «договороспособную» замену.

Если в Праге окажется некие семашки и мартыновы, то европейская тема для Минска несколько «похудеет» и затянется, что для Минска, судорожно ищущего новые точки опоры и новых союзников, неприемлемо. Зато у А. Лукашенко появится некий временной ресурс для еще одной попытки нейтрализовать негативную реакцию Москвы. Но принципиально маневры Минска на европейском «пороге» обострение российскo – белорусских отношений не оттянут. Ведь Москва тоже не успокоится и потребует от А. Лукашенко доказательств лояльности.

Отсутствие А. Лукашенко в Праге будет означать одно: Россия объективно остается крупнейшим и самым мощным игроком на белорусском политическом поле. Россия, даже не пытаясь формировать «под себя» пророссийские политические силы или утруждать себя поиском политических союзников в белорусской политической среде, в силах, используя внешнеэкономический инструментарий, в считанные недели полностью сменить весь белорусский политический ландшафт. Однако до настоящего времени Москва ни разу не использовала свои экономические возможности в РБ в политических целях. Это необходимо учитывать… Но во всяком случае, Минск предупрежден.

Кто будет в Праге от Беларуси? Развязка дилеммы произойдет буквально на днях. Посмотрим…

А.И. Суздальцев, эксперт Центра

http://politoboz.com/node/505