• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Кумулятивный эффект

Я согласен с тем, что говорит Дмитрий Саймс относительно причин разлада в российско-американских отношениях. Прежде всего, я согласен с критическим анализом американской политики в отношении СССР перестроечного периода и России в 90-е годы

Суслов Дмитрий, заместитель директора исследовательских программ Совета по внешней и оборонной политике

Я согласен с тем, что говорит Дмитрий Саймс относительно причин разлада в российско-американских отношениях. Прежде всего, я согласен с критическим анализом американской политики в отношении СССР перестроечного периода и России в 90-е годы, которая проводилась администрациями Джорджа Буша-старшего, Билла Клинтона и Джорджа Буша-младшего. Кроме того, я согласен с тем, что в России американская политика, которая в 90-е годы отличалась вальяжностью и исходила из того, что Россия априорно должна принимать американские интересы за свои собственные, вызывала в России латентное недовольство.

Поэтому российская реакция сегодня производит впечатление кумулятивного эффекта: была достигнута некая точка неприемлемости американской политики, тем более в условиях усиления России и в условиях стремления России отойти от правил игры конца 80-х, начала 90-х годов. Подобный кумулятивный эффект вполне естественен, и здесь я в значительной степени разделяю те аргументы, которые приводит Саймс.

Но я не стал бы называть нынешний подход России в отношении Соединенных Штатов антиамериканским. В российско-американских отношениях нет фундаментального противоречия, у нас нет жесткого идеологического антагонизма, и по ряду очень существенных аспектов стратегические интересы России и США совпадают. Другое дело, что порой наши мнения о том, каким образом реализовать эти интересы, очень жестко расходятся.

По отношению общества к Соединенным Штатам Россия не очень сильно выделяется среди других стран мира, в том числе стран Европы, где уровень критики в отношении Соединенных Штатов в последнее время увеличился.

Хотя я с большим интересом и согласием прочитал и принял те аргументы, которые приводил Саймс в отношении причин возникновения нынешней ситуации в российско-американских отношениях, я был разочарован теми планами сотрудничества, которые он предлагает. Фактически, ничего нового в них нет. Справедливо критикуя политику Джорджа Буша-старшего, Билла Клинтона и Джорджа Буша-младшего в отношении России, Саймс говорит, что Соединенным Штатам необходимо улучшать отношения с Россией, но приводит очень странный рецепт этого улучшения.

В частности, он говорит, что США должны по-прежнему занимать жесткую позицию и вести жесткий диалог с Россией по проблеме ПРО, по проблеме расширения НАТО, по российским действиям на постсоветском пространстве, по российской энергетической политике, и так далее. То есть, фактически продолжать те шаги, которые Соединенные Штаты сегодня реализуют. И в этой связи непонятно, почему должно произойти улучшение.

Если говорить об улучшении в отношениях между Россией и США, здесь я являюсь скептиком. Я не считаю, что в ближайшие несколько лет российско-американские отношения удастся кардинально улучшить. Но, тем не менее, улучшение российско-американских отношений может произойти в более долгосрочной перспективе, к середине или даже к концу следующего десятилетия.

Хотя Саймс, будучи выходцем из Советского Союза, четко указал на один из фундаментальных дефектов американской политики в отношении СССР и в отношении России, тем не менее, он является частью американского истеблишмента и представителем американского экспертного сообщества. Поэтому он не смог выйти в этой статье за рамки догм, определяющих американскую внешнюю политику. А эти догмы не в меньшей степени являются причинами ухудшения российско-американских отношений.

Одна из таких догм заключаются в том, что единственным и универсальным правилом развития исторического процесса является движение к демократии западного типа. Другая догма заключается в том, что американская гегемония, будь она жесткой или мягкой, априорно благоприятна для подавляющего большинства других стран мира, и в том, что Америка лучше всех знает, как регулировать международные отношения в целом. Третья догма заключается в том, что Вашингтону гораздо эффективнее регулировать международные отношения на региональных уровнях, прямо на месте, путем измельчения геополитического пространства, а не путем его укрепления и регулирования международных отношений посредством других великих держав. Применение этих догм в отношении России и привели к той ситуации в российско-американских отношениях, которую мы наблюдаем сегодня.

Перспективы улучшения российско-американских отношений связаны со способностью Соединенных Штатов отойти от этих догм. Пока та дискуссия о внешней политике, которая разворачивается в США, и особенно активно она разворачивается в связи с приближающимися президентскими выборами, показывает, что при всем действительно жестком расколе американской элиты по тактическим вопросам, у них существует полный консенсус по стратегическим вопросам, а стратегические вопросы как раз и заключаются в тех догмах, о которых я говорил.

Кроме того, в американском экспертном сообществе сформировался консенсус об отношениях с Россией. Этот консенсус заключается в том, что Россия сошла с западных рельс, и это правда, что Россия не способна выступать партнером, другом и союзником Соединенных Штатов, и что стратегическое партнерство с Россией невозможно, а возможно лишь избирательное сотрудничество. При этом избирательное сотрудничество не должно нарушать американские интересы, не должно заставлять Америку делать России какие-то уступки и искать компромиссы по тем вопросам, которые представляют для Соединенных Штатов интерес.

Эта установка минимизирует возможности улучшения отношений в краткосрочной перспективе. В этой связи главная задача российско-американских отношений на ближайшие пять лет заключается не в том, чтобы выстраивать новое партнерство, а в том, чтобы сохранить тот позитив, который уже имеется, и не дать разрастись негативу.

При этом негатив, скорее всего, будет разрастаться. Это связано и с приближающимися выборами, и с планами Соединенных Штатов расширять НАТО: принять в НАТО Грузию и - в более долгосрочной перспективе - Украину. Это связано и с вопросом Косова, который имеет выход на непризнанные республики бывшего СССР. Это связано и с развертыванием американской системы ПРО в Польше и Чехии, от которых американцы, очевидно, не откажутся.

Главное - попытаться минимизировать влияние этих негативных факторов и не допустить реализацию на практике идеи, которая зачастую высказывается рядом американских политиков, наблюдателей и экспертов нецентристского направления - превратить Россию в новую угрозу для Соединенных Штатов и реализовать идею нового противостояния между блоком либерально-демократических стран под руководством США и блоком стран авторитарного капитализма, куда американцы относят Россию и Китай.

Если новое противостояние в Китае в силу ряда очень существенных политико-экономических факторов будет носить преимущественно пропагандистский характер, не исключено, что ряд американских шагов, таких как размещение ПРО, систематизируют новое противостояние с Россией, добавив к нему военно-политическое измерение. Это уже будет чревато весьма негативными последствиями. Этого нельзя допустить.

Я думаю, что улучшение в российско-американских отношениях произойдет по прошествии 7-10 лет, и оно будет связано с очень серьезным усугублением общих транснациональных угроз для России и Соединенных Штатов. Свертывание такого сотрудничества сегодня и, возможно, новое противостояние в краткосрочной перспективе, серьезно усугубят и угрозу международного терроризма, и угрозу распространения оружия массового поражения, и угрозу, которую представляют слабые и несостоявшиеся государства, и так далее. Вместо того, чтобы совместно заниматься решением этих вызовов, а только совместно здесь можно добиться успеха, Россия и США будут заниматься противостоянием друг против друга. И в связи с этим общие угрозы и вызовы усилятся. В конце концов, они дойдут до той точки, которая снова объединит Россию и США.

Это объединение будет совпадать с постепенным восстановлением глобальных позиций самим Вашингтоном, а сегодня глобальные позиции Америки ухудшаются. Не теряя в абсолютном влиянии и даже тактически отыгрывая что-то на европейском направлении, Соединенные Штаты теряют возможность формировать глобальную повестку дня и мобилизовывать другие страны.

По прошествии 5-10 лет в связи с естественной коррекцией американской внешней политики в лучшую сторону, которая уже начинается, позиции Америки будут усиливаться. Параллельно будет происходить усугубление угроз, и Америке нужны будут союзники для того, чтобы успешно этим угрозам противостоять. Тогда на новом этапе США не попадут в ловушку иллюзии собственной всесильности, как это было в 2001-м году, когда Америка решила, что она сама, без помощи других стран, которые она рассматривала как обузу, способна реформировать международную систему в выгодном для нее ключе.

Подобного самообмана уже не будет, и это заложит предпосылки не только для улучшения российско-американских отношений, но и для улучшения многостороннего сотрудничества, поскольку параллельно Америке потребуется союзничество и Китая, и Индии, и Европы, и, может быть, ряда стран Латинской Америки.

Кремль.org