Пленарная сессия «Большая Евразия: идея, политика, практика» в рамках конференции к 20-летию ЦКЕМИ

6 октября в рамках Международной научно-практической конференции к 20-летию ЦКЕМИ «Россия и новая многополярность: от идеи к реальности» состоялась пленарная сессия «Большая Евразия: идея, политика, практика».

Модерировал дискуссию научный руководитель ЦКЕМИ НИУ ВШЭ Бордачев Т.В. В сессии приняли участие директор ИКСА РАН Бабаев К.В., директор Центра евроазиатских исследований ИМИ МГИМО Сафранчук И.А., заместитель директора ЦКЕМИ НИУ ВШЭ Королев А.С. и директор института Конфуция ТГУ Данков А.Г.

Участники обсудили центральное положение Евразии на карте мира, содержание понятия «Большая Евразия» как объединяющей концепции, а также вопрос о том, какие институты и организации необходимы региону и возможно ли построение регионального сообщества без лидера. Отдельное внимание было уделено перспективам обретения Большой Евразией большей независимости от остального мира.

Ключевые идеи:

– За последние двадцать лет понятие «Евразия» прошло путь от интеллектуальной фантазии узкой группы исследователей до одного из центральных понятий дискуссии об осмыслении геополитического пространства, в котором находится Россия. Принципиальная особенность современной эпохи состоит в появлении поистине глобальных вызовов, одинаково значимых для жителей США, России, Юго-Восточной Азии, – тогда как прежде источником мировых потрясений выступал Запад, а их разрешение приводило к формированию новой системы международных отношений;– Формирование Большой Евразии происходит на фоне перехода от уходящей Ялтинско-Потсдамской системы к новой, еще только складывающейся, – возможно, «Шэньчжэньской» с опорой на новый азиатский центр силы. Обладая уникальным расположением и опытом взаимодействия с Европой, сформулировать объединяющую мега-идею Большой Евразии способна именно Россия, поскольку крупнейшие государства Азии исторически не претендовали на глобальное управление. Важно в этом случае – добиться, чтобы идея Большой Евразии была воспринята и взята на вооружение в Азии;

– Центральная задача Большой Евразии заключается в совмещении вопросов безопасности и суверенитета с обеспечением развития десятков государств региона, для большинства из которых проблематика экономического роста носит экзистенциальный характер. В этих условиях без количественного и качественного роста экономики невозможно повышение социальных стандартов и качества жизни. При этом положение стран Большой Евразии неодинаково: малым и средним государствам вопросы безопасности могут обеспечить крупные игроки, тогда как для России безопасность и экономическое развитие равнозначны и не могут быть делегированы;

– Юго-Восточную Азию можно рассматривать как третье по значимости направление поворота России на Восток после Китая и Индии. Концепция Большой Евразии известна в регионе, но не используется в политическом лексиконе: иранский кризис, воспринимаемый в России как евразийский, для стран АСЕАН остается ближневосточным. Это ставит вопрос об институциональном наполнении концепции, о роли ШОС, а также о том, насколько оправдано продвижение сотрудничества с Юго-Восточной Азией именно под рамкой «Большой Евразии». На практике вовлечение региона в евразийское пространство уже происходит через конкретные проекты. Примером служит российско-вьетнамское соглашение о строительстве АЭС;

– Для описания настоящего Большой Евразии предложена формула «четырех М»: многополярность, многоуровневость, многозадачность и многообразие. Контуры будущего региона определяет формула «трех Д»: страны Большой Евразии должны создать действующий механизм урегулирования внутренних конфликтов, должны выработать жизнеспособную и привлекательную модель общественного развития, а также должны перейти к предметному обсуждению образа желаемого будущего. Представление о мире, в котором они не хотят жить, уже сформировано, тогда как позитивный образ остается непроясненным.